Мельница мифов: хотели ли крепостные на волю?

До сих пор составители учебников истории, а также авторы научно-популярных книг рисуют тот период жизни нашей страны, когда в России было крепостное право исключительно черными красками. Но неужели в крепостном праве не было вообще плюсов для крестьян? Тогда почему же многие из них после освобождения жалели о "старых добрых" крепостных временах? Скорее всего, подобный подход в описании крепостного права есть некоторая дань советской исторической традиции, которая в основном при изучении данного феномена опиралась на свидетельства тех очевидцев, которые были настроены весьма либерально — например, российских "просветителей", декабристов или народников, а также прогрессивных писателей из дворян и разночинцев. Причем если говорить о последних, то зачастую их художественные произведения не подвергались никакому критическому анализу, их подавали прямо как документальные свидетельства — вспомнить хотя бы знаменитое "Путешествие из Петербурга в Москву" Александра Радищева. При этом как-то упускалось из виду то, что еще в XIX веке многие считали его книгу весьма неправдоподобной. Так, А. С. Пушкин писал, что: "Эти картины написаны пером, которое обмакнули в желчь. Им противостоят другие картины, на которых "следы довольства и труда" ". Он же, оппонируя Радищеву, отмечал, что крепостному крестьянину живется не так-то уж и плохо: "Повинности вообще не тягостны. Подушная платится миром; барщина определена законом; оброк не разорителен (кроме как в близости Москвы и Петербурга, где разнообразие оборотов промышленности усиливает и раздражает корыстолюбие владельцев)… Иметь корову везде в Европе есть знак роскоши; у нас не иметь коровы есть знак бедности".