Военный обозреватель: “Суперджет-100” послужил “летающей лабораторией”

Можно ли считать "Суперджет-100” действительно российским самолетом, какие бонусы принесло его создание отечественному авиапрому и в чем уникальность "Сухого”, рассказал Александр Артамонов, военный обозреватель "Правды.ру”. Российский проект — Сегодня остановимся на серьезной проблеме авиационной промышленности — это история самолета "Суперджет-100". С тех пор как он летает, не смолкают бесконечные разговоры о том, что машина сырая, нам не нужна, перенапичкана электроникой, зачем загубили ТУ-334. Давайте сразу пойдем по фактам. В марте этого года из цехов произошла выкатка 207-го 100-местного "Суперджет-100". В Советском Союзе считалось, что машина идет в серию, если было выпущено 100 образцов: тогда она не прототип, а научилась летать и стала серийной. "Суперджет-100" — единственный аппарат отечественного производства. Да, я в курсе, что 90% частей и систем "Суперджет-100" выполнено за рубежом. Но ведь самое главное, что действительно российские: концепция строительства, аэродинамика, продувка, уживание всех систем, создание самого аппарата. Он помог нам перескочить через ту дыру, которая создалась в авиапроме из-за бездействия систем административных, министерских с начала 90-х до 2005-2010-х годов. В 2019 году 51% общего пассажирооборота России на турбовинтовых и реактивных самолетах выполнил "Суперджет-100". В 2020-м эта доля увеличилась. Потому что "Суперджет-100" может летать при относительно небольшой емкости салонов, в то время как переразмеренные монстры были не на крыле, потому что люди не летали, для компании было сверхубыточно. И наш ослик "Суперджет-100" взвалил на себя большую часть летной работы уже во время эпидемии.